Мнение: Визовый режим со странами Средней Азии сделает российские города безопаснее для жизни

Введение визового режима со странами Средней Азии позволит поставить барьер на пути проникновения в Россию наркотиков, инфекционных заболеваний и преступности, это сделает российские города безопаснее для жизни, пишет научный сотрудник Института экономической политики имени Гайдара Кирилл Родионов в статье на сайте издания Forbes. Родионов отмечает, что приток мигрантов из Средней Азии стал не только предметом дискуссий среди экономистов, но и значимым общественно-политическим вопросом. Власти не могут найти решение, которое бы удовлетворяло и бизнес, не желающий расставаться со свободой найма работников, и простых граждан, опасающихся оказаться чужими в собственных городах. Родионов опровергает заявления о необходимости привлечения труда иностранных рабочих, приводя в качестве аргумента тот факт, что, несмотря на масштабный приток мигрантов в российские города в последние пять лет, темпы экономического роста в России упали до 3,4 процента по итогам 2012 года.

Экономика не предъявляла повышенного спроса на труд, не требующий высоких навыков: по данным Росстата, между 2000 и 2002 годами численность неквалифицированной рабочей силы в российской экономике снизилась с 8,7 млн до 7,5 млн человек и этот уровень до 2010 года оставался неизменным, пишет Родионов. По его мнению, масштабный приток мигрантов дестимулировал технологическую модернизацию сектора, а страны Средней Азии не могут являться источником квалифицированной рабочей силы.

Автор статьи считает, что логично создавать условия для привлечения квалифицированных кадров из развитых стран. Например, отменить въездные визы для граждан стран Евросоюза и Шенгенского договора, как это сделала недавно Армения. Вместо этого Россия продолжает поддерживать достаточно жесткий визовый режим для развитых стран и при этом фактически не имеет границ с бывшим советским югом. Последнее, отмечает Родионов, является главным препятствием для установления безвизового режима между Россией и Евросоюзом, который боится того, что через Россию в Европу хлынет поток мигрантов из Средней Азии.

Автор пишет, что, кроме того, через Таджикистан и граничащие с ним страны проходит основной поток наркотиков из Афганистана. По данным Управления ООН по наркотикам и преступности, в 2010 году этим путем в Россию транзитом прошло 90 т героина (25 процентов от совокупного объема экспорта наркотиков из Афганистана). Ситуация с наркотрафиком осложняется еще и тем, что у Таджикистана по факту нет действующей границы с Афганистаном, убежден Родионов: российские военные, долгое время охранявшие таджикско-афганскую границу, в 2005 году покинули страну, а власти Таджикистана оказались не способны обеспечить должный контроль над пограничной территорией, о чем свидетельствует снижение объема перехвата героина Антинаркотическим ведомством республики с 4794 килограммов в 2004 году до 1132 килограммов в 2009 году. В результате, имея свободу передвижения лиц с Таджикистаном, Россия фактически не имеет границ с Афганистаном, резюмирует Родионов.

По его мнению, отсутствие ясных миграционных норм невыгодно бизнесу, который всегда и везде будет искать возможности для снижения издержек. Задача регулятора состоит в том, чтобы создать четко трактуемые законодательные нормы, которые при этом были бы выгодны и предпринимателям, и тем, кто не принадлежит к бизнес-сообществу.

Выходом из нынешней ситуации может быть внедрение института рабочих виз для мигрантов из ближнего российского зарубежья. В этом случае для определения легальности того или иного работника будет достаточно наличия визы в паспорте, поясняет Родионов и предлагает следующий механизм.

Для получения визы трудовому мигранту необходимо будет предоставить в посольство контракт по найму, а также выписку с банковского счета, подтверждающую финансовую возможность работодателя снять жилье для своего потенциального подчиненного. Безусловно, это более сложная процедура, чем та, что существует сегодня, но такой порядок существует во многих развитых странах (например, в Великобритании) и он не противоречит рыночным принципам, убеждает Родионов. Наоборот, будет видно, сколько иностранных работников, не владеющих высокой квалификацией, действительно нужно российской экономике, считает он.

По мнению автора статьи, существующий в современной России рынок неквалифицированной рабочей силы является ничем иным, как рабством. Многим москвичам наверняка известно о существовании рынка рабов на четвертом километре Ярославского шоссе, где каждый день сотни мигрантов ищут новых работодателей. Приезжие из Средней Азии зачастую живут там же, где и работают, что приводит к трагическим инцидентам, таким как недавний пожар в новостройке на юго-западе столицы, в котором заживо сгорели девять гастарбайтеров. Антисанитария в среде мигрантов влияет на качество жизни в крупных мегаполисах. В Петербурге в 2011 году было зарегистрировано 11 случаев брюшного тифа, в 2012-м – восемь, перечисляет Родионов.

По его мнению, введение визового режима со странами Средней Азии могло бы стать компромиссным решением. Вместе с тем, необходимо реформировать отрасли экономики, в которых занята неквалифицированная рабочая сила. В частности, демонополизировать и приватизировать ЖКХ, которое сегодня находится на балансе унитарных предприятий и является одним из главных рассадников коррупции. Нужна либерализация рынка труда, которая бы облегчила процедуры найма и увольнения работников и ускорила модернизацию секторов с низкой производительностью.

Автор признает, что российский рынок труда является достаточно зарегулированным. Об этом, в частности, свидетельствует индекс защиты занятости, разработанный ОЭСР (Организацией экономического сотрудничества и развития). В 2008 году в сегменте постоянных работников российское трудовое законодательство получило оценку 2,77 балла по шкале от 0 (низкий уровень регулирования) до 6 (высокий уровень регулирования). Это значительно выше аналогичного показателя для США (0,56) и Великобритании (1,17).

Необходима также реализация мер, которые бы позволили увеличить межрегиональную мобильность рабочей силы. По данным Института демографии ВШЭ, в 2010 году во внутренней миграции было задействовано лишь 2,1 млн россиян, в то время как в 1990-м — 4,3 млн. Этот показатель опустится до еще более незначительных величин, если предложенный в январе законопроект об ужесточении порядка регистрации по месту жительства получит одобрение депутатов Госдумы, уверен Родионов.

Источниками рабочей силы могут стать моногорода, в которых на рубеже 2000-х проживало около 25 млн человек. У России есть опыт реализации программ по переселению работников обанкротившихся градообразующих предприятий. Так, в конце 1990-х годов в ходе реструктуризации угольной отрасли правительство за счет займа Всемирного банка помогло сменить место жительство и квалификацию 520 000 шахтеров, напоминает автор статьи.

Сегодня в федеральной казне деньги есть, однако тратятся они не на перепрофилирование моногородов, а на поддержку госсектора, чрезвычайно разросшегося за последние несколько лет. Свидетельство тому — увеличение бюджетных расходов по статье «национальная экономика» с 730 млрд рублей в 2007 году до 1,7 трлн рублей в 2012 году, пишет Родионов. Он обращает внимание и на призывную систему в армии, которая оказывает сильное искажающее влияние на рынки труда и образовательных услуг. Призывной налог ложится, главным образом, на выходцев из необеспеченных семей, которые могли бы применить свои силы «на гражданке», уверен автор.

Все это говорит о том, что у проводимой сегодня миграционной политики существует реалистичная альтернатива. Но на ее пути немало препятствий. Фактическое отсутствие границ со Средней Азией — это плата российского правительства за участие бывших советских республик в Евразийском Союзе, кроме того, массовая миграция в Россию помогает снимать социальную напряженность и тем самым поддерживать стабильность диктаторских режимов Ислама Каримова и Эмомали Рахмона, считает Родионов.

Он отмечает, что история знает примеры, когда доминирующее среди экономистов представление опровергается практикой. В опубликованной в 1962 году книге «Капитализм и свобода» Милтон Фридман выдвинул идеи свободного валютного рынка, плоской шкалы налогообложения и контрактной добровольческой армии. Тогда эти идеи многим специалистам казались экзотикой. Но уже в 1971 году США отказались от золотого стандарта, что положило начало формированию системы плавающих валютных курсов. В 1973 году Ричард Никсон отменил призывную систему комплектования Вооруженных сил. В 1990-е и 2000-е годы ряд бывших социалистических стран ввели плоскую шкалу налогообложения. Вывод очевиден: то, что сегодня представляется невозможным, завтра может стать актуальной частью политической повестки дня, резюмирует Кирилл Родионов.

Полный текст статьи доступен по этой ссылке.

Источник: Мигрант.Фергана.Ру

Наши информационные партнеры

  • partners2_1.jpg
  • partners2_2.jpg
  • partners2_3.jpg
  • partners2_4.jpg
  • partners2_5.jpg
  • partners2_6.jpg

Наши информационные партнеры

  • p1
  • p2

Новости

14 Ноября 2016
Миграционное управление столичного главка МВД до следующего года поменяет свой адрес с центра Москвы на Новомосковский округ, сообщил «Интерфаксу» осведомленный...
Изменился срок обязательного проживания участников программы переселения в выбранном регионе
02 Марта 2016
Президент России изменил срок обязательного проживания участников Госпрограммы переселения и членов их семей в выбраном ими регионе России. Теперь участник...
20 Ноября 2015
Стоимость трудового патента для трудовых мигрантов, работающих в Москве, в 2016 году возрастет на пять процентов и составит 4200 рублей,...